Тамбовский священник объявил о разрыве отношений с РПЦ

…находиться в одной Церкви с лжецами, стяжателями и лицемерами, считаю для себя совершенно невозможным из соображений этики…

Клирик Тамбовской епархии диакон Сергий Баранов написал официальное письмо, в котором потребовал снять с себя священный сан.

«Я остаюсь верующим христианином, но находиться в одной Церкви с лжецами, стяжателями и лицемерами, считаю для себя совершенно невозможным из соображений этики. Я дорожу своей верой, но остаться после случившегося в РПЦ означало бы, что я одобряю их действия и, следовательно, соучаствую в них», — сказал он.

По мнению диакона, Московский Патриархат выступил в качестве инициатора возбуждения уголовного дела против Рussy Riot. «Не касаясь духовно-нравственной оценки содеянного ими поступка, который действительно является недопустимым, но сейчас тысячи людей стали сторонниками Рussy Riot, потому что этот суд показал, что любого человека могут посадить за все, что угодно, мотивируя принятое решение чем угодно и как угодно», — добавил он.

Дело Рussy Riot еще больше укрепило изоляцию России от остального мира, который мало того, что считает нашу страну агрессивной и несвободной, так она еще оказывается и страной судебно-религиозного мракобесия, пишет диакон. По его мнению, процесс над скандальными участницами панк-группы — не последний. «Запустив эту машину репрессий, Церковь и власть запустила машину саморазрушения», — считает диакон.

Напомним, Хамовнический суд Москвы назначил по два года колонии общего режима трем участницам Pussy Riot, признав их виновными в хулиганстве в храме.Его Святейшеству, Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси КИРИЛЛУ
заштатного клирика Тамбовской Епархии диакона о. Сергия Баранова

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО

Ваше Святейшество!

В связи с позорными событиями последних месяцев и в особенности вынесенным при прямом подстрекательстве священноначалия Русской Православной Церкви и людей, по недоразумению именующими себя «православными гражданами» неправосудным приговором в отношении Pussy Riot, я, заштатный клирик Тамбовской епархии диакон Сергий Баранов, официально объявляю о своем полном и безусловном разрыве отношений с Русской Православной Церковью Московского Патриархата и ходатайствую о снятии с себя священного сана. Я остаюсь верующим христианином, но находиться в одной Церкви с лжецами, стяжателями и лицемерами, считаю для себя совершенно невозможным из соображений этики. Я дорожу своей верой, но остаться после случившегося в РПЦ означало бы, что я одобряю их действия и, следовательно, соучаствую в них. Считаю, что Церковь как институт нуждается в очищении и обновлении — лишь тогда человек честный и порядочный сможет с чистой совестью вновь переступить ее порог. Призываю всех искренне верующих вознести молитвы Господу нашему Иисусу Христу о скорейшем исцелении от всех язв, поразивших нашу святую Церковь.

Не касаясь духовно-нравственной оценки содеянного ими поступка, который действительно является недопустимым, но сейчас тысячи людей стали сторонниками Pussy Riot, потому что этот суд показал, что любого человека могут посадить за все, что угодно, мотивируя принятое решение чем угодно и как угодно. Создан прецедент, где мелкий проступок и простая глупость могут сломать вам жизнь по прихоти начальства. Уголовно наказуемыми становятся практически любые мысли и поступки, не угодные властям.

Московский Патриархат, по сути, явился инициатором возбуждения уголовного дела и развития последующих событий. Дело Pussy Riot еще больше укрепило изоляцию России от остального мира, который мало того, что считает нашу страну агрессивной и несвободной, так она еще оказывается и страной судебно-религиозного мракобесия. Стало понятно, что этот процесс не последний. Но запустив эту машину репрессий, Церковь и власть запустила машину саморазрушения.

В тот момент, когда федеральный судья Марина Сырова признала участниц Pussy Riot виновными в уголовном преступлении, она вынесла приговор не только этим трем девушкам. Марина Сырова вынесла приговор самому российскому суду и нанесла огромнейший урон Православной Церкви, потому что осудила по уголовной статье людей, не совершавших уголовного преступления, а святое православие превращается в православный фундаментализм, чего так настойчиво добиваются сами церковные иерархи, не разумея пагубных последствий. Мы стали свидетелями того, как в 21 веке в светской и якобы правовой и демократической стране фактически состоялся суд церковной инквизиции, где мотивировочная часть приговора обосновывалась Лаодикийским поместным собором 4-го века, Архиерейским Собором РПЦ 2011 года, письмом ключаря кафедрального собора Храма Христа Спасителя, прот. Михаила Рязанцева и памяткой поведения в храме, то есть сугубо внутрицерковными документами и письмом священника, и, по злой иронии, вынесено данное решение именем Российской Федерации.

Девушек из Pussy Riot осудили фактически не по уголовной статье, а по морально-нравственным понятиям раннего Средневековья. И, вот, согласно этим понятиям Русская Православная Церковь позиционируется как такой, моральный, нравственный эталон в нашем обществе с подачи государства. Этот процесс стал тяжелым ударом по Церкви. Для тысяч людей стало окончательно ясно, что наша Церковь отделена не от государства — наша Церковь сама себя отделила от Бога и истинно верующих людей. Верующих не станет меньше, а вот желание ходить в храм у многих уже пропало.
Это решение суда, вносит раскол во внутреннее единство Церкви и разбивает верующих на два фронта. Те православные, которые простили и молятся за девочек-узниц, это те люди, которые, может быть, составляют меньшинство сейчас, тем не менее, это наиболее образованная, наиболее активная социальная группа верующих, это мыслящие люди. В значительной степени за этой частью будущее, потому, что эти люди влияют на общественное мнение всё большего числа верующих, но они не хотят себя идентифицировать с РПЦ, которая всё больше сращивается с государственной властью.

В заключение хочу сказать следующее, я предполагаю, сколько грязи измышлений и пакостных слов выльют на меня священноначалие, собратья и православные фундаменталисты, узнав о моем решении ходатайствовать, о снятии сана в протест абсурдному и незаконному приговору. Мне не стыдно за мои годы священнослужения в храмах города Тамбова. Пятнадцать лет назад, будучи клириком Скорбященского храма Вознесенского монастыря г. Тамбова, я преподавал в Воскресной школе догматическое богословие, богослужебный устав и каноническое право. С Божией помощью возрастил прекрасных учеников, трое из которых стали священниками, один служит врачом на подводной лодке, один работает хирургом в больнице моего родного города и один стал преподавателем духовной семинарии — они поймут меня, и, надеюсь, не осудят.
Да простит меня Господь, но я не верю ни тем православным потерпевшим, ни тем которые себя причисляют к православной общественности. Почему? Потому что, на мой взгляд, истинно верующие люди — они, знают Священное Писание, они знают, что заповедовал нам Господь, они знают, что такое милосердие, они знают, что такое всепрощение и ЛЮБОВЬ! Они знают, в конце концов, что такое адекватность.
В этих девочках, узницах совести — Надежде, Марии и Екатерине куда больше христианского человеколюбия и милосердия, нежели в тех, кто их осуждает, ибо они любят правду и следуют за ней, а правда — делает человека свободным!

19.08.2012 г.
Смиренный послушник
Вашего Святейшества,
диакон Сергий Баранов,
(Баранов Сергей Викторович)

Источник: rusnovosti.ru

Патриарху Кириллу Бог не дал мудрости

Забираясь на амвон, девчонки из Pussy Riot наверняка не ожидали, что ими выпала доля сражаться с не совсем адекватными, скажем так, противниками. Не будем судить о первых лицах страны, но обоих, одного поставив во главе паствы, а другого – во главе общества, бог забыл наделить необходимой для такого пастырства мудростью.

Сейчас легко судить патриарха Кирилла и легко ужасаться жестокости Путина, но что делать – лидеры промахнулись! Промахнулись со своей оценкой, в общем-то, не такой уж и сложной ситуации: девчушки, на тебе, набедокурили. Все мы теперь задним числом понимаем: их надо было отшлёпать, а не доводить дело до мирового суда.

Теперь и патриарх Кирилл, и президент Путин могут хоть до блестящей лысины повыдёргивать себе волосы на безмудром челе – не поможет. Птица позора облетела всю планету уже несколько раз, и даже в израильских и исламских религиозных живодёрнях некоторые поняли, что оба Акелы промахнулись.

Да, да, Путин оказался совсем ни Каа, когда, явно льстя себе, звал нас: «Идите ко мне, бандерлоги!» Путин оказался старым одиноким волком, уже потерявшим способность оценивать ситуацию трезво.

Таким же старым и отупевшим волком оказался и патриарх Кирилл. Он тоже, как и его хозяин, не смог правильно оценить кусок, который в итоге и подавился. Кирилла размотали как шерстяной клубок и растащили себе на носки. Его блестящие тиары теперь красуются не на патриаршей голове, а в виде лысин торчат из протёртостей.

Девчонкам удалось сплотить вокруг себя весь цивилизованный мир. Всех, кто понимает бездонную глубину религиозного мошенничества. Всех, кто трезво оценивает последствия церковной шизофрении, поселившейся в коррупционных головах постоянно откатывающей части российского общества.

Честные люди не замаливают грехи – ибо нет их, грехов. Честные люди не дают церковных откатов попам на мерседесы – ибо совесть людей чиста. А вот чиновники и олигархи, разворовав народное добро, крутятся за своими звериными хвостами, удивляются их внезапному росту и просят иудейского бога о снисхождении – за церковный откат.

Позор, которым покрыл патриарх Кирилл православную церковь, сравним только лишь с поджогом. Позор, которым покрыл Путин Российское государство, сравним только с выходками начальника Шарикова из «Собачьего сердца».

Акела после промаха осознал своё падение и ушёл с поста вожака стаи. Путин должен осознать, что за 13 лет своей власти он всё время промахивался и помер бы с голода – если бы ни шакалы-сионисты, постоянно отрыгивающие ему еду.

Путин должен уйти. А перед этим попросить прощения у засуженных им девчонок и выплатить им компенсации за незаконное судебное преследование. Попросить прощения у российского народа – за то, что ничего не смог сделать для страны, – и уйти. Тогда народ его простит.

А путинская креатура по имени Кирилл пусть уйдёт с миром в самый дальний монастырь. И не встаёт там с колен, пока не представится…

Иван Орлов
Источник: newsland.ru

Пора валить: закроют ли границы России? Несомненно

Пора валить.

Валить для того, чтоб спасти свою задницу, чтоб спасти будущее своих детей, чтоб дожить в нормальной стране до конца дней, Господом отпущенных, просто почувствовать нормальное отношение к себе как к человеку, а не как к винтику работающей машины, высасывающей все оставшиеся соки, и не предлагающего ничего взамен отданных лет жизни. Сказал как то спонтанно и скомканно. Как вылетели слова так получилось. Кто приземлился за границей в прошлом — те уже обустроились и смотрят, наблюдают и переживают за событиями происходящими.

Ну а дальше-больше

«…Судя по событиям последних месяцев, Путин спланированно и хладнокровно движется к диктатуре, не встречая серьезного сопротивления. Единственной приемлемой стратегией для него является «сидеть до конца». И на пути этой цели он будет готов пожертвовать мировым общественным мнением и поддержкой среднего класса. События в Pussy Riot подтверждают эту гипотезу: много им не дали, значит он поступил адекватно, мало тоже не дали, значит чувствует за собой силу.

Какая система наиболее гармонично вписывалась бы в путинские планы? Наверное система Николая Первого — Александра Третьего. При этом основной угрозой власти станет не полусонный трусоватый народ, а банальная потеря управления из-за плохого менеджмента и неумения поддерживать инфраструктуру. Может ли такая система быть устойчивой при открытых границах и свободном доступе к информации? Скорее всего нет:

— управленческая элита должна перейти от стратегии «быстро украсть и всей семьей в Швейцарию» к стратегии «строить карьеру в России за неимением альтернатив». Иначе инфраструктура развалится несмотря на нефтедоллары.

— выезд профессионалов за границу Россия не может себе позволить. В провинции уже сейчас некому управлять, подлодки уже сейчас некому разрабатывать, ракеты уже сейчас летают от случая к случаю. Если обезлюдит проектный институт отвечающий за надзор за плотинами, мало не покажется

— всю свою историю Россия жила за счет эксплуатации талантливых людей, которых всегда было мало. Это принимало различные формы начиная с невозможности кулака покинуть общину и кончая принудительным распределением выпускников в Северодвинск, но содержание не менялось. В рамках открытой системы такая эксплуатация невозможна

Поэтому не удивлюсь, если путин и Ко вынашивает планы создания закрытой системы. Закрытие границы — это необходимый, хоть и не достаточный шаг в построении такой системы. Вот как это может произойти:

Объявляется закон по борьбе с коррупцией. Чиновникам запрещается иметь активы за рубежом. Народ одобряет. Под это дело подводится идея регистрации на выезд из РФ. Народ опять в едином порыве. Затем регистрация превращается в разрешительную процедуру. Народ побухтел, но он ведь уже привык собирать справки, ничего страшного.

Мужчина до 27 лет должен будет представить справку из военкомата, которую невозможно получить пока не отслужил. Народу объясним что неча интеллигентам косить от армии, когда кругом враги. Бесплатная учеба в вузе трактуется как кредит, который можно не отдавать оставшись в России. Если хочешь уехать, выплати кредит, иначе не выпускаем как должника. Народ поддерживает. Почему налогоплательщик Вася должен спонсировать интеллигентских сынков?

Все, мышеловка захлопнулась. Дальше, те кто хотел свалить, но не решался встать с дивана, могут валить во внутреннюю эмиграцию. Лес, костер, песни Визбора под гитару, грустные и слегка вдохновенные лица товарищей.

Удастся ли нашему плешивому карлику провернуть такую аферу? Может да, а может нет. С одной стороны тяжело загнать под лавку тех, кто видел другую жизнь, элита может не согласиться с такой постановкой вопроса, Россия может развалиться раньше, да и мало ли еще что случится в такой сложной системе. Но с другой то стороны человек он решительный, и пока что его никто не остановил…»

Источник: pora-valit.livejournal.com

О Pussy Riot и Путине написали 86% мировых СМИ

О «деле Pussy Riot» написали 86% мировых СМИ, а новости из России заняли первые полосы газет и стали главными в новостных блоках агентств и телевидения. Об этом свидетельствуют результаты анализа мировых СМИ, проведенного мониторинговым агентством NewsEffector.

По данным исследования, за 17 августа о деле Pussy Riot написали 5107 центральных и региональных СМИ в 87 странах мира. Большинство из них — англоязычные средства массовой информации Америки и Великобритании, на втором месте идет пресса Германии, Франции, Испании и Нидерландов.

Сюжет про приговор панк-группе стал центральным для большинства американских и европейских новостных телеканалов, которые посвятили ему от 2 минут до 1 часа 22 минут своего эфирного времени в течение дня.

Отмечается, что 88% сообщений имели негативный для России информационный фон. Большинство сюжетов и новостей о Pussy Riot были связаны с именем Владимира Путина и Русской православной церковью. В 72% новостей решение суда подавалось СМИ как сомнительное, чрезмерно суровое, как показатель недемократичности российского режима и подавления инакомыслия и оппозиции.

Пять девушек в конце февраля пришли в храм Христа Спасителя в Москве. Надев маски, они вбежали на солею и амвон, вход на которые запрещен, и у алтаря провели «панк-молебен». Видеоролик с выступлением был выложен в Интернет и вызвал большой общественный резонанс.

Источник: rosbalt.ru

Саакашвили: зачем Путин признался в нападении на Грузию

ЭКСКЛЮЗИВНОЕ ИНТЕРВЬЮ ПРЕЗИДЕНТА ГРУЗИИ МИХАИЛА СААКАШВИЛИ ТЕЛЕКАНАЛУ ПИК

Они готовились несколько лет. Конечно, неслучайно — случайностей не бывает. И, как сказал в свое время Джон Маккейн, танки через горы не летают, особенно русские танки…

Михаил Тавхелидзе: Итак, добрый вечер!

Михаил Саакашвили: Добрый вечер!

М.Т.: Добро пожаловать, наконец-то это случилось… У нас времени мало, поэтому я сразу к делу. Путин признался в том, что мы и так все знали, что и Андрей Илларионов исследовал давно — что Россия, значит, собиралась начать войну с Грузией задолго до 2008 года. Это мы все знали, зачем он признался?

М.С.: Я думаю, видимо, у них какие-то внутренние проблемы, видимо, им надо показать – какие они сильные задним числом. Но реальность в том, что, конечно, они готовились несколько лет. Конечно, неслучайно — случайностей не бывает. И, как сказал мне в свое время Джон Маккейн, с которым я разговаривал, танки через горы не летают, особенно русские танки…

М.Т.: Особенно русские, да.

М.С.: Потому что, он говорит, что я военный пилот, я знаю, что за несколько часов танки не могли там оказаться. То есть все было готово, все. И не нападали мы на спящий город Цхинвали, как они говорят, а на самом деле большая армия упражнялась у наших… Точно такой же сценарий, как в свое время Германия напала на Польшу.

М.Т.: В Судетах.

М.С.: Нет, в Судетах как бы войны особой не было, но как Германия напала на Польшу, как Советский Союз напал на Финляндию. Маленькая Польша, маленькая Финляндия, когда большие армии упражнялись прямо у их границ, имели неосторожность напасть на эту большую армию. В кавычках «напасть». И потом что оставалось им делать, как не отвечать?! Ну, этот сценарий – он древний, как мир. Но они так начинают, но зачем задним числом это все переписывать?.. Почему? Потому что главные стратегические цели российской агрессии не достигнуты. У них была…

М.Т.: А в чем они состояли?

М.С.: Совершенно очевидно. Во-первых, избавиться от правительства Грузии, подвесить меня за соответствующие… значит, потом, как они сами объявили опять-таки, не мои слова. Во-вторых…

М.Т.: Misha has to go.

М.С.: Во-вторых… Это культурно, а некультурно… Путин это объяснял Саркози и другим мировым лидерам, в том числе и лидерам СНГ. Очень живописно, что он должен был со мной сделать в те же ближайшие дни, это 4 года тому назад. Это во-первых. Во-вторых, это было – перекрыть энергокоридор и, то есть не только убрать геополитическое значение Грузии, но и установить контроль над ресурсами Центральной Азии и Каспийского бассейна. И третья цель – это, конечно, остановить расширение НАТО. Ну, первые две цели что не были достигнуты – это очевидно, то есть не только я жив и здравствую, но…

М.Т.: Слава Богу, пока мы здесь, да…

М.С.: Но Грузия развивается такими темпами. Во-вторых, вторая цель не только не достигнута, но сейчас мы строим новые терминалы жидкого газа. Мы с тех пор расширяем новую партию, строим большую железную дорогу, которую заканчиваем в следующем году. То есть транзитная функция Грузии, функция хаба экономического, энергетического только увеличивается. Третья, это конечно… Третья цель – они думали, ну Медведев так говорил, ну хотя бы этого мы достигли, что приостановили расширение НАТО. А в Чикаго объявили, что даже это не было достигнуто.

М.Т.: В 2014 году мы получим приглашение?

М.С.: В 2014 будет саммит расширения, и Грузия называлась в числе первостепенных претендентов. Поэтому, когда ничего не достигнуто… Ну, не зашли же они за несколькими деревнями. Великая Россия, что она, Россия, потеряла тысячи жизней своих солдат, свои стратегические бомбардировщики, самолеты, там которые мы сбили. Там, я не знаю, сотни миллиардов долларов капитала, которые ушли из России – огромная часть потенциала, которую нельзя оценить – из-за нескольких грузинских деревень?! Для нас эти деревни стоят всего, но для них они ничего не значат. То есть, они не достигли своих целей, более того… Лидеры СНГ… Допустим, если ты лидер какой-нибудь среднеазиатской страны и думаешь: «Слушай, а он обещал Саакашвили подвесить»…

М.Т.: Теперь он да, смотрит…

М.С.: Эта маленькая Грузия, которая выжила и строит вот эти города. А мы еще сильнее, с нами они еще меньше смогут сделать. То есть реально есть много последствий российской неспособности решить свои стратегические задачи, поэтому он это и говорит.

М.Т.: Хайди Тальявини должна уйти в отставку теперь, я так понимаю…

М.С.: Нет, ну это несерьезно. Комиссия эта, которая, кстати, все факты изложила правильно, но заключения сделала такие… Как бы двусмысленные. Я вообще изучал…

М.Т.: Может, ей стоит отреагировать?

М.С.: Я думаю, что они там не претендовали на истину в последней инстанции. Я думаю, что для каких-то… Там был четкий какой-то политический заказ, чтобы до конца не обелить ни одну сторону. То есть, все факты в пользу Грузии, но они как сказали: российская армия зашла в Грузию до ответа Грузии еще, но технически это еще не являлось вторжением. То есть такой интерпретации международное право не знало за всю историю. Я сам юрист-международник…

М.Т.: Должны знать…

М.С.: Обучался и в российской школе, то есть советской школе, украинской. Потом и в американской школе – ни одна из этих школ такой интерпретации международного права не знает. Но было, что было… Но я думаю, что ничего это не меняет. Факты, кстати, там правильно изложены. Кстати, сама Тальявини там излагала, что Россия, действительно, три года к этому готовилась, так что для них это не новость. Поэтому, я думаю, что в конце-то концов правда всегда  дорогу найдет. Главное, чтобы это не было постмортом (посмертно, прим.редактора), как бы если нас тогда всех перестреляли и эту страну истребили, то это было бы предметом любопытства историков. А сейчас мы все еще при деле, и правда вышла на все 100%, может быть — на 99%… как бы для всех стала очевидной. Поэтому в этом смысле…

М.Т.: Вообще-то, это уникальная ситуация. Вы это часто говорили, я слышал, что Грузия маленькая страна да, с маленьким ресурсом, в принципе, бедная страна – у нас там ВВП на душу населения 5000 долларов, да? И мы смогли противостоять, ну то есть, невзирая на то, что в Кремле нас не хотят видеть, мы все равно есть, да?

М.С.: Давайте, посмотрим историю: Советский Союз – Россия вторгалась в Финляндию, в страны Балтии. Страны Балтии она взяла буквально за несколько дней в тридцать девятом году. Потом Восточную Польшу – сразу взяла, правда, с помощью Германии. Потом Венгрию в пятьдесят шестом году, убила президента, закончила венгерскую независимость. Потом шестьдесят восьмой год – Прага, опять- таки. Семьдесят девятый – Афганистан – за час убила президента. Казалось бы, во сколько раз больше страна, чем Грузия, да?

М.Т.: Афганистан, который, кстати, никто покорить не мог, никогда.

М.С.: И они взяли Афганистан буквально тогда за несколько дней. И вдруг маленькая Грузия… Еще раз говорю, не пришли же они за несколькими деревнями, они и так эту территорию контролировали неофициально… И более того, в юридическом смысле они оказались в более глупом положении, потому что раньше они хотя бы претендовали на роль миротворца, а сейчас кто они? А как бы миротворцев нет. Все признают это оккупированными территориями, легализовать они это не смогли. И за оккупацией всегда следует деоккупация. А за какими-то внутренними конфликтами это сложнее, потому что в долгосрочном плане, конечно, там бы играл фактор, там какой-то симпатии, самоопределения народов, там какие-то факторы… Сейчас – это вопрос чисто оккупации или деоккупации.

М.Т.: Сейчас все просто, ясно, четко…

М.С.: На бумаге. Это, конечно, трагедия, я не буду радоваться этой ситуации, но для них это, конечно, очень сложная ситуация. Я бы не хотел оказаться на месте простого россиянина, когда их страна, которая всегда боролась с оккупантами, сама оказалась в роли оккупанта.

М.Т.: Я не могу не спросить, меня это всегда как бы занимало: Вы когда стали президентом — после сразу Революции Роз — первое, куда Вы поехали, была Москва.

М.С.: Я был полон иллюзий, ожиданий, надежд, что.. . ну что у нас свои маленькие интересы, у них — свои большие интересы. Насколько мы могли бы удовлетворить их большие интересы хоть на столечко, может быть, они бы пошли на встречу в других вопросах. Мы им действительно помогли в каких-то, во многих очень сенситивных для нас вопросах.

М.Т.: На Северном Кавказе.

М.С.: Я хочу сказать, что сейчас ретроспективно… Я думаю, что мы допустили тоже тогда ошибки, но потому что, как только они почувствовали…

М.Т.: Что за ошибки?

М.С.: Как только они почувствовали, что они в безопасности с нашей помощью. И, я желал бы России безопасности, но они это неправильно интерпретировали, они моментально решили, что наше уже гарантировано для нас, а давайте возьмем Грузию. При любых следующих, как бы в историческом плане смотреть, решениях, в первую очередь мы, даже самая маленькая страна должна, смотреть на свой интерес и очень четко концентрироваться на том, что ей выгодно, что невыгодно.

М.Т.: – 2008 года август для Вас неожиданным был, или Вы все-таки думали, что такое может быть?

М.С.: Уже кризис перешел в такое хроническое русло, что и да, и нет. То есть мы не знали, что тогда это будет. Все время была напряженность, и в конце июля как уже установившаяся европейская страна мы половину, по-моему, офицерского состава отправили в отпуск. Половина моих людей была в отпуске. Мы их собирали со всего мира тогда.

М.Т.: Правительство отдыхало тогда…

М.С.: Первый год был, когда многие члены правительства, мои близкие сотрудники уехали за границу, обычно они оставались в Грузии, каким-то образом они решили вот так… это как бы совпало.

М.Т.: Экономика была на подъеме, вроде все хорошо…

М.С.: Совпало. На самом деле я сам был в Италии с семьей, никогда я до этого не брал такой отпуск. Взял на несколько дней, в санаторий в Италии. Я каждый год обычно в Грузии отдыхаю, как сейчас. И более того, в тот день, когда все это началось, мы ехали в Пекин. Я откладывал рейс три раза. До тех пор, пока наш протокол не сказал, все — больше не можем отложить, потому что тогда делегация останется. Потому что там строгий китайский протокол. Так что так не получалось… Ладно, думаю, пусть едут. Каждый раз все утихомиривалось, хотя люди уже погибали, но думали, может быть лучше сейчас уехать, чтобы как бы снять напряженность. То есть, всякие мысли приходили в голову, потому что до конца не верилось, что так может произойти.

М.Т.: Я вернусь опять к визиту в Москву. Мне кажется, я, может быть, не прав. Буду утверждать что-то, Вы меня опровергните, если я окажусь не прав. Но мне кажется, если бы Ваша команда – сейчас уже поздно, но в то время, прогнулась под Кремль, у Вас же вообще проблем не было бы, ни финансовых, ни личных…

М.С.: Это все имело конкретную цену и обличие. Первый конфликт с Путиным серьезный случился… Два конфликта серьезных было вначале – первый, когда министр безопасности был нами снят, который почти официально был их как бы приближенным лицом, и он сразу мне сказал, на первой встрече мне сказал: «Это наш человек. Вы знаете, берегите его, он наш человек».

М.Т.: Без всякой дипломатии…

М.С.: Да, да. Через несколько недель он был переведен в другое место, когда я приехал: «Ну как там наш человек?» Я говорю: «На повышение пошел. Он замгенпрокурора сейчас». Он говорит: «Это не повышение». И он так на меня строго посмотрел. Уже первое напряжение возникло. Второе было в Аджарии. Никто же никогда у путинской России территорию не забирал. Они контролировали Аджарию, точно так же, как Приднестровье, Южную Осетию, Абхазию. И вдруг перед носом мы увели у них территорию.

М.Т.: Вы тогда рискнули.

М.С.: Рискнули, потому что не было другого выхода. Без Аджарии не было бы грузинской государственности, но все равно мы сохранили дипломатическую форму. Хотя он нам всячески мешал – Путин. И палки в колеса вставлял. И тут российские офицеры наехали и всячески подбадривали Абашидзе. И Иванов до конца пытался его спасти, но я все равно позвонил его поблагодарить, соблюдая дипломатический этикет, на другой день.

М.Т.: За то, что больших проблем не возникло?

М.С.: Мы сказали спасибо за сотрудничество, спасибо за Ваше понимание, того, что произошло, и он меня очень грубо прервал и говорит: «Ну ладно, мы сейчас на этот раз вам помогли» – конечно, это было цинично с его стороны говорить, как он нам помог – «но в следующий раз никаких подарков по поводу Южной Осетии и Абхазии, запомните хорошо, не будет». Так что, конечно, это… Но, думаю, все равно главное была не Аджария, и даже не министр безопасности, или какие-то другие вещи, главное было, что Грузия начала становиться успешной страной. Для них это был самый большой кошмар.

М.Т.: Мой следующий вопрос как раз об этом — в чем проблема между Россией и Грузией? Это ваши с Путиным отношения, допустим, если Миша Саакашвили перестанет быть президентом Грузии, это решит? Есть же иллюзии в Грузии…

М.С.: Вы знаете, у них были проблемы с каждым президентом Грузии. И с первым, и со вторым, и с третьим. Большие проблемы. Они, что, Гамсахурдия или Шеварднадзе любили?

М.Т.: Насколько знаю, нет.

М.С.: Но с нами у них было больше проблем не из-за личных отношений. Я, кстати, ни одну встречу с Путиным особо плохо не помню. Конечно, были жесткие, напряженные разговоры с его стороны, в основном, но он всегда был со мной вежлив. Я всегда был с ним вежлив все равно. Почти всегда. Один раз он сорвался. Я помню. Но, в принципе, тоже всегда соблюдал вежливость. Я никогда не срывался, конечно, естественно, это другая ответственность. Но Грузия стала развиваться. Грузия начала становиться успешной. Вокруг него люди стали говорить: смотрите, в Грузии молодцы. Тогда была полицейская реформа, было молодое правительство, динамичное, потом украинская революция, это очень сильно углубило, потому что украинцы все время держали как бы равнение на Грузию. Под конец Медведев вынужден был за неделю два раза признать — да, нам нужно следовать за грузинскими реформами. Не потому , что он нас любит. Он сказал честно: «Я не люблю Саакашвили». Но он говорит, потому что все вокруг него в Москве это говорят. В этом году миллион россиян сюда приедут. Они все это увидят. Куда ни посмотри в Грузии. Это одно из мест в Грузии, но куда ни посмотри — Анаклия, Местия, Кутаиси, Ахалцихе, Тбилиси – наша инфраструктура, наши новые порты, аэропорты, несколько новых аэропортов, все это просто поражает. И у нас нет нефти и газа, за счет чего? Ну, конечно, первое – американцы все строят! Какие к черту американцы? Это все мы строим, мы.

М.Т.: Про них мы поговорим, кстати, но сначала — такой расхожий миф, что Вы взяли эту Грузию, обломали об колено хребет и тянете ее за собой в собственную мечту.

М.С.: Мы обломали об колено хребет коррупции, разгильдяйству в госаппарате и таким феодальным отношениям. Это правильно. Но я думаю, что наше общество имеет большой исторический опыт и инстинктивно многие вещи правильно чувствует. Во-вторых, страна была настолько в плохой форме, что хуже уже не могло быть.

М.Т.: Грузия, она приняла эти реформы. Она приняла либеральную экономику…

М.С.: Самый расхожий миф, что самая главная реформа была полиция. Она была важная реформа, но не самая главная.

М.Т.: Она видимая просто…

М.С.: Самое главное было научить грузин платить налоги, это очень было важно. Научить госаппарат быть наравне с гражданами и быть, действительно, слугами граждан. Дома юстиции —  на самом деле самый большой хай-тек наших реформ. Но и таможня. И таможня была посложнее, чем полиция. Сейчас таможня просто супер, здорово функционирует. Но за счет того, что у нас таможенников практически не осталось, мы их заменили ребятами, девчонками с модельных агентств. Там все решают компьютеры. Там они ничего не решают. И реформа образования. Наверное, это самая далеко идущая, глубокая и важная реформа из всех, которые мы провели. Важнее, чем полиция, важнее, чем бюрократическая реформа, важнее, чем все остальное.

М.Т.: Что не получилось?

М.С.: Ну, пока не получилось то, что все это не необратимо. И все это не необратимо потому, что занимает поколения. И конечно пока надо за все сражаться. То есть, все время надо доказывать, что белое – это белое, черное – это черное. Потому что оказалось, что есть всегда расхожие мнения даже насчет таких маленьких вещей. Советское наследие, все равно, дальтонизм советский существует. И у нас нет ностальгии по Советскому Союзу, в отличие от многих постсоветских стран. Точно нет. Но даже знаете, это не ностальгия по Советскому Союзу это ностальгия по своей молодости. По тому, как мы были красивее…

М.Т.: Поездки в Дагомыс…

М.С.: Я думаю, это все связано с красивым детством, знаете, как все идеализируют детство. Советский Союз никто не любит у нас, и коммунистической партии у нас нет. Но вот свою молодость все любят, правильно? И поэтому, конечно, этот элемент всегда присутствует, когда ты не принимаешь что-то новое. Но, я думаю, что, в целом, критическая масса на стороне реформ. В этом мы преуспели.

М.Т.: 13 августа 2008 года. Джордж Буш вместе с Кондолизой Райс и Бобом Гейтсом вышли перед Белым домом и сказали – все. Мне показалось, что тогда войну остановило это выступление Буша, я прав?

М.С: Войну, во-первых, остановило героическое сопротивление грузинской армии, они сами говорили, что не ожидали такого сопротивления. Ну, кто им сопротивляется, более чем стотысячной армии, 200 самолетам, когда у тебя нет ни истребителей, ни адекватных систем охраны. Единство грузинского народа. У нас был стотысячный митинг в центре города под угрозой обстрела. Пять европейских лидеров, плюс Саркози. Очень важно. Нигде ни на одну войну столько не наезжало сразу защищать кого-то, правильно? Абсолютно уникальный прецедент…

М.Т.: Они защищали Тбилиси.

М.С.: Да, они защищали Тбилиси, он защищали тоже свои страны. Уникальный прецедент. Совершенно уникальный прецедент. И все это и то, что грузинское правительство не уезжало. Нам все время намекали — уезжайте, граница открыта, аэропорт открыт, они не бомбили Тбилисский аэропорт, не бомбили путь на Азербайджан и Армению. Путь для правительства, чтобы уйти, был открыт.

М.Т.: Они надеялись, что Вы испугаетесь?

М.С.: Да, конечно. И многие испугались бы. В 1921 году — для нашей истории это почти вчера – тогда в 1921 году, когда большевики зашли, правительство испугалось и бежало. Убежали, кстати, из этого города, через этот город. Поэтому в этом смысле — да. И потом, конечно Буш был очень важен. Потому что американцы, действительно, действовали. Россияне знали, что они действовали. Россияне знали, что на этих кораблях была не просто вода. Об этом я сам открыто говорю. Тяжелые ракетоносцы были, каждый из них был способен на очень серьезные действия, воздушные базы в Турции и в Румынии были приведены в полную боевую готовность. И американцы тогда были настроены очень решительно.

М.Т.: То есть, это было настолько серьезно…

М.С.: Конечно, было серьезно. И россияне прекрасно про это знали. Американцы прямо сказали. Был момент, когда американцы колебались, но потом они приняли решение.

М.Т.: У Вас были очень теплые отношения с Джорджем Бушем и с его администрацией. Это известное дело – вы, фактически, друзья. Сейчас в Белом доме другой президент. Вы с Обамой друг друга понимаете?

М.С.: Во-первых, с этой администрацией у нас очень тесное сотрудничество. Хиллари Клинтон была тут два раза, но, кроме этого, она все время говорит про Грузию. Байдэн также был здесь два раза, но не только в этом дело. Эта администрация сделала для нас очень много и гораздо больше, чем можно было представить. Они объявили программу помощи грузинской армии, которая очень значительна.

М.Т.: Новый уровень – он есть?

М.С.: Да. Эта программа даже превосходит все мои ожидания. Это прекрасно.

И, во-вторых, что очень важно, они объявили о начале диалога по свободной торговле. Мы будем единственной страной в Европе, у которой сейчас появился шанс иметь свободную торговлю с США. Это для нашей экономики просто «манна небесная». Очень важно.

М.Т.: Как человек, пишущий про экономику, я Вам скажу, что это будет здорово.

М.С.: Да. Потому что у нас будет свободная торговля с Евросоюзом, с Соединенными Штатами, с СНГ. Поэтому реально сейчас совершенно сногсшибательные вещи происходят между Грузией и Америкой, и я думаю, что нам грех жаловаться на невнимание этой администрации.

Совершенно понятно, что эта администрация из-за экономического кризиса и многих объективных и субъективных факторов более занята внутренними делами, но, если кто-то чувствует себя обделенным, мы не входим в это количество стран, которые чувствуют себя обделенными их вниманием.

М.Т.: Значит, во-первых, с концом Вашего второго президентского срока меняется Конституция.

М.С.: Уже поменялась.

М.Т.: Ну, вступят в силу эти изменения. И Грузия, фактически, превращается из президентской республики в парламентскую, если угодно, в полупрезидентскую. Грузия готова, вообще, к такого рода демократии?

М.С.: Более того, я думаю, что больше демократии для Грузии – предмет стабильности. На бумаге можно написать сколько угодно себе полномочий. Как было в нашей Конституции у президента. В маленькой стране это реально мало что означает. Если нет политики в залах, то она выливается на улицу. Мы прошли через несколько лет «уличной политики» и угрозы «уличной политики», от следов которой до конца не избавились и сегодня. Поэтому, чем больше будет «властедержателей» – акционеров власти, тем власть будет стабильнее.

Я по своей натуре коллективный игрок. Я люблю со многими людьми советоваться. Я люблю, когда со мной спорят, не соглашаются, даже иногда кричат на меня. Не то, что это приятно, но это правильно, потому что это держит тебя в форме. Поэтому для меня это совершенно не представляет проблемы. Думаю, что для всех будущих властей Грузии — это модель. Так же, как децентрализована наша власть. Парламент уходит во второй город, но от этого слабей он не становится. Наоборот, он становится сильнее. Потому что вместо того, чтобы все решала одна улица в центре Тбилиси, сейчас вся страна будет решать из центра страны. Т.е. психологически это… Вот иностранцы не понимают. Они говорят: «Вот, парламент куда-то убрали, чтобы убрать его подальше от глаз». Они просто глупые! Они не понимают нашей специфики. А специфика совершенно в другом – надо перейти из этого маленького элитарного кружка управления. Это маленькая страна – почти 5 миллионов человек. 4 мил 700 тыс, но скоро будет 5. Не надо, чтобы одни и те же сто тысяч людей все решали. Все остальные тоже должны решать – остальные 4 миллиона 600. В этом смысле, это приведет все в новую энергию.

М.Т.: Последний вопрос и все. Обещаю. Чуть-чуть личное. Скажите, Вы армянин?

М.С.: «Если вы ненавидите азербайджанцев – я азербайджанец, если армян, то – армянин, если евреев, то я — самый большой еврей в мире, и в любом случае, останусь самым большим грузинским патриотом. Никто не может возражать против авторитета Давида Строителя. Я всегда говорю: как насчет Давида Строителя? Он дал всем религиям единое право. Он ходил одним днем в мечеть, потом в синагогу, потом в эту церковь, в другую церковь… Он был царем всей Грузии. Как насчет этого?! И там все эти «патриоты» начинают теряться, потому что это действительно было так. Грузия – смесь всего. Потому-то мы и очень перспективная страна, что мы маленькая страна, но мы многие века все эти культуры соединяем в себе. Тут есть следы всех культур, и это наше богатство. Я этим очень горжусь. Я это, буквально, чувствую на себе. Конечно, вся моя семья происходит из разных сторон Грузии – и с Запада, и с Востока. Восток – он более жесткий, более прямой. Запад – более склонен к компромиссам. Потому во мне эти два начала: такое мегрельское – компромиссное, спокойное, мы не хотим конфликтов, все должно быть мирно, спокойно. С другой стороны…

М.Т.: Упрямство Восточной Грузии.

М.С.: Поэтому все это во мне соединено, и от этого жизнь становится интересней — разные начала в тебе борются.

М.Т.: Спасибо

М.С.: Спасибо

А вот это уже не шутки

Президент России Владимир Путин предложил региональным уполномоченным по правам человека сформировать консолидирующую идею для российского общества, сообщает РИА «Новости».

«Например, было такое понятие — советский народ, новая историческая общность», — привел президент пример в ответ на заявления омбудсменов о проблеме межнациональных и межрелигиозных отношений в стране. Путин считает, что такое общее обозначение имело консолидирующий эффект. Он сказал, что в новых условиях необходимо «предложить нечто подобное».

Еще год назад это было бы очередной кампанейщиной.
Сейчас, когда консолидация власти сопровождается формированием культа верховного правителя в клерикально-православной оболочке, когда общий неототалитарный тренд очевиден, это уже заявка на новую идеологию новой власти. Причем очевидно, что здесь речь идет о новациях в национальных отношениях.

А если учесть, что Путин путает Бернштейна с Троцким-Бронштейном и Ленина со Сталиным, когда говорит о национальных отношениях, можно себе представить интеллектуальный уровень заказчика и исполнителей.

Дмитрий Шушарин
Источник: shusharin.livejournal.com

МИД РФ ответил на критику Запада по приговору Pussy Riot

Российские власти и общественность продолжают комментировать вынесенный накануне приговор по делу Pussy Riot. В субботу по этому поводу выступил официальный представитель МИД РФ. Александр Лукашевич отметил, что в странах Запада, в частности, в Германии и Австрии оскорбление нравственных чувств верующих граждан так же, как и в России, может караться уголовным наказанием, передает «Интерфакс».

По его словам, «в Уголовном кодексе ФРГ «деликты, совершаемые против религии и воззрения» (в частности, 166 и 167), включая хулиганские выходки в пределах молельных помещений, караются лишением свободы сроком до трех лет или денежным штрафом».

Аналогичная статья, как отметил Лукашевич, есть и в УК Австрии. Так, статья 189 «предусматривает за совершение в помещении церкви хулиганских действий, оскорбляющих нравственные чувства, наказание в виде лишения свободы на срок до шести месяцев или денежного штрафа в размере до 360 дневных ставок», уточнил официальный представитель российского МИД.

МТРК «Мир» напоминает: 21 февраля 2012 года участницы группы Pussy Riot в масках и ярких одеждах вошли в московский храм Христа Спасителя и исполнили там так называемый «панк-молебен», песню антиправительственного содержания. Представители церкви и православной общественности сочли это глубоким оскорблением. Трех подозреваемых арестовали в марте и поместили в СИЗО. 17 августа Хамовнический суд Москвы приговорил участниц Pussy Riot к двум годам заключения в колонии общего режима. Марию Алёхину, Надежду Толоконникову и Екатерину Самуцевич признали виновными в хулиганстве по мотивам религиозной ненависти, политического мотива в их действиях выявлено не было.

Источник: mir24.tv